Интервью с Аллой Щербинской об угрозе эпидемии СПИДа

0
20

– Алло Михайловна, как сейчас развивается эпидемия?
– К сожалению, тенденции к замедлению темпов пока нет. За последний год (за 9 месяцев) ежемесячно регистрируем более 850 новых случаев ВИЧ-инфекции! Только в этом году заболели СПИДом 1400 человек и более 900 умерли. Возможно, такой рост показателей свидетельствует о том, что люди начали задумываться над проблемой и чаще решаются на добровольное тестирование. Но реальная причина – это то, что вирус, к сожалению, вышел из среды уязвимых групп и попал в общую популяцию. Сегодня болеют не маргинальные группы, а люди, которые просто живут половой жизнью, и не обязательно с наркоманом. И хотя половой контакт, по сравнению с общим употреблением наркотика, реже заканчивается заражением, здесь легко взять количеством (масштабам), что и происходит.
– А сколько в Украине живет людей, больных СПИДом?
– Мы ведем накопительные статистику, которая свидетельствует, что с 1987 года около 6000 инфицированных заболели СПИДом. Если учесть, что треть этих людей уже умерла, то получается, что активного антиретровирусного лечения сегодня в Украине нуждаются в четыре тысячи человек.
Всех их мы планируем пролечить за счет гранта Глобального фонда борьбы со СПИДом, туберкулезом и малярией. Две тысячи больных – на первом этапе, и две – на втором, сразу после Нового года. Лечить по самым современным методикам – с применением так называемой тритерапии, чтобы в вирусов производилась устойчивость к препаратам.
– А что, и такое бывает?
– К сожалению. В конце октября в Варшаве во время девяти европейской конференции по лечению ВИЧ-инфекции состоялся даже первый европейский семинар по резистентных форм ВИЧ / СПИДа. Там были обнародованы данные когортных исследований, которые показали, что 40 процентов больных, которые никогда не лечились, инфицированные уже устойчивыми к лечению формами. Поэтому богатые страны начинают лечение конкретного человека по определению чувствительности к тому или иному препарату. Для государства это исследование дорогое, хотя договоренность об обучении наших специалистов в Польше и России уже есть. А пока работаем над изучением генотипа вируса, который циркулирует в Украине. Известно, что только у ВИЧ-1 – более 10 генотипов. Определение генотипа имеет большое значение для разработки вакцины, потому что она эффективна только для конкретного генотипа. В ходе наших исследований выявлено, что в Украине сегодня циркулирует генотип А и много рекомбинантных форм – АС, АВ, АD. Такая рекомбинантнисть (когда в вирусную частицу включены структурные элементы других генотипов вируса) усложняет структуру и, возможно, влияет на его чувствительность к лечебным препаратам. Теперь мы по крайней мере знаем, какие вакцины нам стоит испытывать, а какие – нет.
– Разве уже есть вакцина от СПИДа?
– Их разрабатывают постоянно. Только в Европе этим занимается около 20 коллективов. И это, по мнению многих, крайне нерационально, так как ведет к распылению средств. На варшавской конференции был поднят вопрос о необходимости объединения коллективов, выбора лучших моделей. Сегодня ученые пытаются создать вакцину на базе различных других вирусов – вирус оспы канарейки, аденовируса и других. Подходов много, но ни один из них, к сожалению, не дал пока существенного защитного профилактического или лечебного эффекта.
– Остается лечить уже заболевших. Как будет организовано лечение за средства Глобального фонда, поступивших в Украину?
– Лекарственные препараты на тендерной основе будут приобретены в два этапа. Первый этап – лечение первых двух тысяч больных – будет заодно и учебным. Потому что практически единицы врачей в Украине на практике сталкивались с терапией СПИДа. Сейчас антиретровирусную (АРВ) терапию применяют только в трех центрах – в республиканском (на базе стационара Института эпидемиологии и инфекционных болезней), в Киевском городском центре СПИДа и в одесском областном. Все остальные врачи слышали о таком лечения разве во время семинаров, которые мы уже начали им проводить.
Поэтому нужно научить врачей правильно лечить, а пациентов – правильно лечиться. В областных центрах СПИДа уже подготовлены списки больных, нуждающихся в лечении, с ними уже работают врачи, волонтеры неправительственных организаций, и все это для того, чтобы выработать у больного серьезное отношение к лечению.
– Есть?..
– АРВ-терапия – это очень тяжелая для больного процедура. Несмотря на серьезные побочные эффекты, нельзя отменять лечение, нельзя пропускать приема таблеток, нельзя менять комбинации лекарств (хочу – не хочу). Это как инсулин для диабетиков. Иначе выработается резистентность вируса к лечению, а это чревато не только больному, но и тем, кого он может заразить своим устойчивым штаммом вируса. Это сводит на нет саму идею лечения, не говоря уже о потраченных средствах.
Сейчас мы располагаем несколько схем лечения. Одна – для тех больных, которые никогда не лечились, не имеют особых осложнений, например, не страдают от устойчивой анемии. Им назначается базовая схема. Тем, кто ранее уже получал терапию, следует провести контрольные исследования и посмотреть, стоит ли менять схему лечения. Но все эти нюансы имеют в совершенстве знать врачи-инфекционисты центров СПИДа, почему мы их сейчас активно и обучаем.
– А как быть с лабораторной диагностикой? Насколько мне известно, в Украине до сих пор проблематично (если вообще возможно) сделать главный анализ – расчет вирусной нагрузки. А именно он показывает, на какой стадии находится болезнь, и надо ее лечить.
– Вирусная нагрузка мы сегодня можем посчитать у себя в центре. Другое дело, что оборудование несовершенно. Но в этом году был объявлен тендер на приобретение (за средства государственного бюджета) амплификаторов для подсчета вирусной нагрузки. Поэтому приборы должны быть закуплены. Впоследствии амплификаторы и флюориметры уже за деньги Глобального фонда будут приобретены и для других областей, прежде всего для тех, где количество больных, находящихся на лечении, является крупнейшей (более 100 человек). Речь идет о Днепропетровск, Донецк, Николаев.
– А пока нет оборудования? ..
– Согласно рекомендациям ВОЗ, вынуждены ограничиться общей оценке иммунного статуса человека. Если правильно было бы считать в крови количество CD-4 лимфоцитов, характеризующих ход именно ВИЧ-инфекции, то сейчас мы применяем упрощенную методику – наблюдение за общим количеством лимфоцитов в крови. И уже по этому показателю определяем глубину иммуносупрессии. – Алло Михайловна, лечение четырех тысяч больных, пожалуй, нуждается в расширении стационарной сети?
– Сегодня мы не собираемся расширять сеть стационаров центров СПИДа. Больные СПИДа – это, прежде всего, инфекционные больные, для лечения которых предусмотрены инфекционные больницы. Например, очень много больных СПИДом страдают от открытой формы туберкулеза. Если мы положим такого больного к другим, то их ослаблена иммунная система сразу “подхватит” палочку Коха – проигрывают все. Поэтому, по положению МЗ, все больные туберкулезом ВИЧ-инфицированные должны лечиться в противотуберкулезном стационаре. То же самое с наркозависимыми. Если они нуждаются в наркологических вмешательств, то им место в наркологическом стационаре. Все остальные при необходимости могут лежать в общей инфекционной больнице.
– Можно ли сказать, что каждый, кто сегодня имеет диагноз СПИД, может рассчитывать на АРВ-лечение?
– Да.
– Куда обращаться таким людям?
– В свои региональные центры СПИДа. Думаете, будет ажиотаж? Жаль, но опыт показывает, что мало кто из тех, кто начал лечение, имеет самодисциплину продолжать его. Это требует коррекции пищевого режима и самой жизни. А больные же – преимущественно молодые люди. Поэтому мы их сразу предупреждаем – это будет сложно, но возможно.
Годовая стоимость лечения антиретровирусными препаратами одного больного СПИДом составляет от 6,5 до 10 000 долларов (в зависимости от схемы лечения). Благодаря появлению на мировом фармацевтическом рынке препаратов-генериков, стоимость лечения значительно снизилась.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here